Владимиров день, Кирик и Улита
На Владимира Красно Солнышко и солнце краснее светит (народный месяцеслов)
Сегодня у христианской Руси день рождения. В этот день равноапостольный князь Владимир, тот, кого народ навеки прозвал Красным Солнышком, крестил Русь в днепровской воде, отвернув её от многобожия к единому Богу, и Церковь празднует ныне самое Крещение Руси, служа святому князю как в великий праздник.
Носит же день имя других святых, мучеников Кирика и матери его Иулитты, по-русски Улиты. Молодая вдова и трёхлетний сын её приняли смерть за Христа вместе, и Кирик остался в святцах едва ли не самым юным мучеником. Улиту народ почитал заступницей матерей, и дивно глядит этот день: младенец-мученик и мать его стоят у самой колыбели окрещёной Руси.
Отчего в этот день бабам велено было подольше отдыхать, почему за грех считали выйти на жатву в самый полдень и кого пугались матери за детьми на меже, о том расскажут традиции дня.
А на столе праздничная драчёна, румяный запечённый пирог из яиц и молока, чем исстари привечали гостя по большим дням: у скоромных богатая, на яйцах да молоке, у постящихся из тёртого картофеля с луком.
И тихо сходятся в этом дне младенец и целый народ. Трёхлетний Кирик исповедал Христа у смертного помоста, а юная Русь исповедала Его у днепровской купели, и оба, и дитя, и молодой народ, отреклись от многих идолов ради единого Бога.
На этот день приходится память равноапостольного великого князя Владимира, крестителя Руси, что остался в народной памяти светлым Владимиром Красным Солнышком, воспетым в былинах. И оттого сложилось про этот день ласковое присловье, будто на Владимира Красно Солнышко и солнце краснее светит, а вспоминая, как выбрал князь для всей Руси единую истинную веру, отвернув её от прежних идолов, разумели, что Бог один.
Самый же день носит имя мучеников Кирика и матери его Иулитты, в русском произношении Улиты. Святым этим, младенцу и матери, вместе принявшим смерть, молятся о семейном ладе да о здоровье хворых детей, а матушку Улиту почитали в народе заступницей женщин, и в этот день хозяйкам полагалось подольше отдохнуть от трудов, ведь при солнце тепло, а при матери добро.
Была у этого дня и своя строгая заповедь, беречься полуденного зноя. Крестьяне считали за грех выходить на жатву в этот час и стращали друг друга, что кто в самый полдень жнёт, тому морок привидится, и предостерегали, что засмотришься на марево, глянешь в сторону, да и полоснёшь себя серпом по ноге. И была за этим пугающим поверьем чистая правда тяжкого труда, потому что в самый жар, работая согнувшись под палящим солнцем, изнурённый человек и вправду мог помутиться от перегрева, увидеть рябь и морок в глазах, потерять осторожность и пораниться острым серпом. Так народное слово о полуденных мороках на деле оберегало жнеца, велело ему уйти в тень и не спорить с полуденным солнцем опасной работой.
Тем же смыслом полнилось и старое поверье о полудницах, что будто бы витали в полдень над сжатым полем и портили день мороком. Полудницу, а была она в народном разумении не иначе как воплощением солнечного удара, представляли то девой в белом с распущенными волосами, то косматой старухой, что гоняется за всяким, кто вышел в поле в самый полдень, когда и обычай, и сама природа велят отложить серп и передохнуть. Пуще всего берегла эта молва малых детей, оставленных без пригляду на меже, и матери, стращая ребятишек полуденной хозяйкой, на деле не пускали их в опасный зной под открытое солнце. И была в том простая житейская мудрость, ведь полуденный час недаром надо переждать в холодке, а не спорить с ним.
Примечали этот день по дождю. Часто в эту пору моросило и лило, оттого и говорили, что на Кирика всё мокро. Считали, что коли зарядит дождь с самого утра, то быть ему на весь день, а тёплый обложной дождик в эту пору был хлебу не во вред, а на пользу наливающемуся зерну. Глядели и на липу, ведь коли начинал желтеть её лист, то ждали ранней осени.
По большим дням, каким был и Владимиров день, стол старались собрать побогаче и потароватее, и доброй праздничной едой была драчёна, запечённая в печи смесь яиц, молока и муки, румяная, пышная, ноздреватая. Готовили её издавна и по деревням, и в достаточных домах, а на праздник заводили побогаче, на многих яйцах и цельном молоке, чтобы вышла она сытной и высокой. Ели драчёну горячей, прямо из печи, с маслом или сметаной, и была она под стать светлому дню, доброму гостю и семейной радости.
Готовили драчёну и попроще, по постным дням и по достатку. В скоромные дни взбивали яйца с молоком, всыпали немного муки, гречневой или пшеничной, и запекали до румяной корки, а в постные обходились без яиц и молока, натирая на драчёну картофель, смешивая его с мукой да луком и запекая на постном масле. И богатая молочная, и постная картофельная драчёна одинаково выходили сытными и румяными, а разнились лишь по дню да по достатку.
По-скоромному. Драчёна на молоке
Взбить пять яиц, влить два стакана молока, всыпать полстакана муки, гречневой или пшеничной, посолить и размешать до гладкого жидкого теста. Вылить в смазанную маслом сковороду или форму и запечь в жаркой печи или духовке до румяной, вздувшейся корки. Подавать горячей, полив маслом или сметаной.
По-постному, на среду и пятницу. Драчёна картофельная
Натереть на тёрке шесть картофелин, слегка отжать, смешать с двумя ложками муки, тёртой луковицей, солью и ложкой постного масла. Выложить в смазанную маслом форму, разровнять и запечь до румяной корки. Подавать горячей, полив постным маслом с поджаренным луком.
Трёхлетнее дитя вырвалось из рук мучителя с одним словом: я христианин, пусти меня к матери. И этого хватило, чтобы посрамить языческий суд. У ног неправедного судьи стоял обреченныйим на смерть младенец, а перед лицом Истины праведнее этого ребенка не было в тот час никого.
Так и сказано: «Из уст младенцев и грудных детей Ты устроил хвалу» (Мф 21:16). А матери его, богатой и знатной, идолы сулили жизнь, но она отвечала одно: не поклонюсь глухим идолам, я поклоняюсь Господу моему, единому истинному Богу. Оба стояли за Того, о Ком сказано: «Господь Бог наш есть Господь единый» (Мк 12:29).
Той же верой в этот день ожила и целая Русь. Владимир, князь, хотя прежде у которого стояли на почетных местах Перун да другие истуканы без числа, сбросил идолов в Днепр и привёл народ к единому Богу. И запечатлились в одном дне младенец, что исповедал Христа у смертного помоста, и юный народ, что исповедал Его у речной купели, и оба отреклись от многих идолов ради Истины.
Бог один, как ни призывай его (Даль). Народ выговорил это просто, а истина в том бездонна: многобожие всегда пустота, где богов без числа, там Истины нет вовсе. Единая Истина, и Русь ожила.
Вот и завет Владимирова дня. Не дроби своё сердце между многими идолами нынешнего мира, деньгами, славой, кумирами на всякий день, ведь их много оттого, что все они ничто. Служи Одному, всем сердцем, как служило Ему трёхлетнее дитя. Не надо мудрости, чтобы устоять в вере, довольно младенческого «я христианин».
Святи́и му́ченицы Ки́риче и Иули́тто, моли́те Бо́га о нас. Свя́тый равноапо́стольный кня́же Влади́мире, моли́ Бо́га о нас.
Му́ченики Ки́рик и Иули́тта
Му́ченицы Твои́, Го́споди, во страда́ниих свои́х венцы́ прия́ша нетле́нныя от Тебе́, Бо́га на́шего, иму́ще бо кре́пость Твою́, мучи́телей низложи́ша, сокруши́ша и де́монов немощны́я де́рзости. Тех моли́твами спаси́ ду́ши на́ша.
Мать и трёхлетний сын, пострадавшие вместе, одна из самых пронзительных страниц святцев: Кирик едва ли не самый юный мученик церковной памяти. Молятся Кирику и Иулитте о семейном счастье и об исцелении болящих детей, и матери искони видят в святой Иулитте свою заступницу. Кондак дня рисует её одной строкой: христомученица с Кириком в объятиях, мужественно веселящаяся на подвиге, ибо Христос есть мучеников похвала. Её материнское мужество и хранит левое клеймо нашей иконы: Иулитта с младенцем Кириком на руках стоит перед разгневанным судьёй, а дитя тянется к матери.
Мощи святых были обретены нетленными при Константине Великом; близ Царьграда им поставили монастырь, а русские паломники старых веков видели святыню в самой Святой Софии. После падения Царьграда судьба мощей неведома, частицы же их разошлись по христианскому миру. На Руси Кирика и Улиту полюбили издавна, а старообрядцы и поныне чтут их особо, видя в матери с младенцем образ всех гонимых за веру.
В этот же день Русская Церковь чтит своего крестителя, равноапостольного великого князя Владимира, и празднует самый день Крещения Руси; служба святому князю правится по чину великого праздника, а народ навсегда запомнил его Красным Солнышком. В народе день зовут Кириковым да Владимировым, а по строгому обычаю остерегались в полдень выходить с серпом на ниву. Эту пору и хранит правое клеймо иконы: в знойный полдень мать уводит малых детей с межи в тень, а над сжатым полем стоит белое марево. Поздравляем именинников Кириков и именинниц Улит, а с ними и Владимиров, по крещению Василиев. Иулитта, имя латинское, ласковая форма от Юлии, и Улита то же имя на русский лад. А имя Владимир славянское, о власти над миром, и князь, что владел всею Русью, привёл её под руку Владыки Небесного. Пусть же младенец-мученик, мать его и святой креститель испросят каждому тёзке своему веру простую и твёрдую, как у малого дитяти. житие
В городе Иконии Ликаонской страны жила молодая женщина благородного происхождения, из рода прежних римских царей, по имени Иулитта, верою христианка. Недолго пожив в законном супружестве, она овдовела, родив мальчика, крестила младенца и дала ему имя Кирик. В ту пору нечестивый Диоклетиан воздвиг по всем странам сильное гонение на христиан, и в Иконию пришёл поставленный им начальник, муж суровый и зверонравный, радовавшийся пролитию христианской крови. Иулитта, зная, что со своим благочестием ей не укрыться, и боясь, что не перенесёт жестоких пыток и отречётся от Христа, решилась бежать. Она оставила все свои имения, которых было много, дом, родню и рабов, всякую прелесть мира сего, и, взяв трёхлетнего сына и двух верных рабынь, ночью ушла из города, помня сказанное в Писании: не имеем здесь постоянного града, но ищем будущего.
Пришла она в Селевкию как странница и нищая, скрывая своё благородное звание, но и там нашла такое же гонение: некий Александр, приняв от царя начальство, без жалости убивал исповедующих имя Христово. Помня и другое слово Писания, когда гонят вас в одном городе, бегите в другой, блаженная ушла в Тарс Киликийский и жила там между бедняками. Спустя время тот же Александр пришёл и в Тарс. Святую узнали и донесли на неё; воины взяли её вместе с сыном, обе же рабыни бежали и издали следили за госпожой, чтобы видеть её страдание и кончину.
Приведённая на суд с трёхлетним отроком на руках, на вопрос об имени, роде и отечестве она смело отвечала: имя моё, происхождение и отечество, небесное Царство Христа моего. Разгневанный правитель повелел отнять у неё дитя, а её обнажить и бить без пощады. Дитя же, глядя, как бьют мать, плакало и рвалось к ней из рук держащих. Правитель, видя красоту ребёнка, велел принести его к себе, посадил на колени и стал утешать, гладить и целовать, но отрок упирался, отворачивал голову от скверных уст, вырывался и кричал: я христианин, пусти меня к матери! Тогда правитель пришёл в ярость и умертвил дитя, и трёхлетний Кирик прежде матери предал свою святую и непорочную душу в руки Божии.
Мать же его, долго и жестоко мучимая, страдала как бы в чужом теле и, будто столп бездушный, ничего не чувствуя, повторяла одно: я христианка и не принесу жертвы бесам. Когда её подняли с земли и она увидела перед судилищем своё любимое дитя мёртвым, то исполнилась радости и сказала: благодарю Тебя, Господи, что сподобил сына моего прежде меня мученически скончаться за имя Твоё святое и принять неувядаемый венец. После того её мучили ещё лютее, а глашатай взывал: пощади себя, Иулитта, пощади свою юность, поклонись богам. Мученица отвечала: не поклонюсь бесам и глухим идолам, я поклоняюсь Господу моему Иисусу Христу и стараюсь прийти к сыну моему, чтобы с ним сподобиться Царства Небесного.
Видя её непреодолимое терпение, правитель осудил её на усечение мечом. Святая шла на место казни, как на брачный пир, и, испросив время на молитву, преклонила колена: благодарю Тебя, Господи Боже мой, что призвал сына моего прежде меня; приими и меня, недостойную рабу Твою, и сподоби быть причтённой к мудрым девам, вошедшим в Твой нетленный чертог. По этой молитве она была усечена, и тела матери и сына остались брошенными без погребения. Ночью пришли те две рабыни, взяли тела госпожи своей и её сына и, отнеся далеко, погребли в земле. Одна из них дожила до дней Константина Великого, первого христианского царя, и когда Церковь Божия восторжествовала, показала верным место погребения и поведала о страданиях святых. Честные мощи Кирика и Иулитты были вынуты из недр земли нетленными, исполненными благоухания и подающими исцеления больным
Евангельские чтения
Где соберутся во имя Мое, там Я посреди них. Прощайте брату своему. Благословение детей
Сказал Господь Своим ученикам: истинно говорю вам: что вы свяжете на земле, то будет связано на небе; и что разрешите на земле, то будет разрешено на небе. Истинно также говорю вам, что если двое из вас согласятся на земле просить о всяком деле, то, чего бы ни попросили, будет им от Отца Моего Небесного. Ибо, где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них. Тогда Петр приступил к Нему и сказал: Господи! сколько раз прощать брату моему, согрешающему против меня? до семи ли раз? Иисус говорит ему: не говорю тебе до семи, но до седмижды семидесяти раз. 1 Когда Иисус окончил слова сии, то вышел из Галилеи и пришел в пределы Иудейские, Заиорданскою стороною. За Ним следовало много людей, и Он исцелил их там. Тогда приведены были к Нему дети, чтобы Он возложил на них руки и помолился, ученики же возбраняли им. Но Иисус сказал: пустите детей и не препятствуйте им приходить ко Мне; ибо таковых есть Царство Небесное. И, возложив на них руки, пошел оттуда.