Варфоломеев день, Варфоломей и Варнава
Где просто, там ангелов со сто, где мудрено — там ни одного (преп. Амвросий Оптинский)
Варфоломеев день, светлая память апостолов Варфоломея и Варнавы. Стоят в полной силе цветущие летние луга, и крестьянин, бывало, робел в этот день, чудилось в густой полуденной траве недоброе. Но день этот не о страхе, а о святой простоте, ибо память этого дня — об апостолах, в которых не было лукавства.
Где просто, там ангелов со сто, где мудрено — там ни одного, молвил преподобный Амвросий Оптинский. Где в сердце простота да нелукавство, там сотня ангелов, там светло; а где завелось мудрёное лукавство, хитрость да двоедушие, оттуда ангелы отступают, и остаётся пусто. Простому, открытому сердцу отверзается небо, а лукавому хитрецу затворяется.
Таков был и апостол этого дня, Варфоломей, тот самый Нафанаил, о ком Господь сказал, что нет в нём лукавства: сердце его столь просто и чисто, что обитали в нём ангелы, а лукавая сила не находила входа, и гнал он её вон силою Христовой. А рядом — Варнава, сын утешения. Так под одно число встали день пустых страхов и двое апостолов простоты и утешения, и все вместе с преподобным Амвросием учат об одном: будь прост перед Богом — и будет с тобою ангелов со сто, и отступит всякий лукавый страх; а впустишь мудрёное лукавство — сам и прогонишь ангелов.
Варфоломеев день, светлая память святых апостолов Варфоломея и Варнавы. К этой поре луга стоят в полной силе, в самом цвету: травы высоки и душисты, медоносны и целебны, и пчела берёт с них обильный взяток. Сила летней зелени. Разве это не торжество Божественного могущества?.
Дивился крестьянин этой силе трав. И где робкое маловерие видело в густой полуденной траве что-то недоброе и боялось её, там вера благодарно узнавала руку Божию: вся земля и всё, что растёт на ней, — Божие создание, и сила, налитая в травы, не вражья, а Божия, жизнь и здравие подающая. Божья тварь Богу и работает (Даль), и луг, и травы — Божии, служат не страху, а человеку на пользу. Апостолы же, чью память ныне творим, обошли с проповедью весь свет и силою Христовой изгоняли нечистых духов, — что убоится крещёный человек на Божьем лугу?
А по грозе примечал крестьянин погоду: коли в грозу долго не смолкают раскаты грома, быть затяжному ненастью (Белов).
День апостольский, и трапезу впору ему поставить простую да нелукавую, под стать всей святости этого дня. Доброю снедью такому дню был морковник — простое кушанье из моркови с крупою, что и нехитро состряпать, и сытно поесть. Кушанье бесхитростное, сладковатое, как раз для дня святой простоты.
Чем богаты, тем и рады (Даль), молвит народ, и в этом — весь дух апостольской трапезы: первые христиане преломляли хлеб «в веселии и простоте сердца», деля что было, без хитрости и без пышности. За простую эту снедь, поданную с радостью и чистым сердцем, и благодарили Бога.
Оттого и подадим на этот день морковник, и постный, и скоромный, по дню.
Постное: морковь чистят, трут или мелко режут, мешают с разваренною крупою, солят, заправляют постным маслом и запекают до мягкости. Кушанье простое, сладковатое, сытное, для дня постного.
Скоромное: тот же морковник готовят на молоке, с яйцом и доброй ложкой коровьего масла, и выходит он нежнее и сдобнее. Тот же морковник, да побогаче, для дня скоромного.
День этот в народе пугал лукавою силою, что будто бы таится в полуденной траве. Но лукавый бессилен пред сердцем простым и нелукавым. Когда увидел Господь идущего к Нему Нафанаила, сказал: «вот подлинно Израильтянин, в котором нет лукавства» (Ин 1:47). Высшая это похвала: сердце без хитрости и двоедушия, простое и открытое пред Богом. Где просто, там ангелов со сто: где простота, там сотня ангелов, а лукавому в таком сердце нет ни входа, ни опоры.
И этому-то нелукавому апостолу дана была власть над тою самою нечистою силою, какой страшится суеверный. При одном приближении Варфоломея бесы, гнездившиеся в идолах, с воплем бежали, а из бесноватой царевны бес бежал, крича его устами: «Варфоломей, и отсюда гонишь ты нас!» Не устоять нечистой силе ни пред именем Христовым, ни пред чистым сердцем. Оттого и не страшится верующий никакой лукавой силы в траве: крестом да простотою веры она изгоняется вон.
А рядом с Варфоломеем стоит сонаследник его дня, апостол Варнава, которого сами апостолы прозвали «сыном утешения» (Деян 4:36). Где день сеет страх, там Варнава несёт утешение: он утешал и ободрял, не побоялся поручиться за недавнего гонителя Савла, раздал имение, чтобы накормить бедных. Так двое апостолов вместе учат об одном: против лукавого — простота, против страха — утешение.
Вот и завет Варфоломеева дня: не высматривай мороков в траве и не бойся лукавой силы. Лучше блюди своё собственное сердце от лукавства — от хитрости, двоедушия, кривды — и храни его простым и открытым пред Богом, как сердце Нафанаила. Где такая простота, там обитают ангелы, а обольститель бежит; и Бог всякого утешения наполняет нелукавое сердце миром. Будь прост перед Богом — и не убоишься ничего.
Святии апостоли Варфоломее и Варнаво, испросите и нам сердце простое и нелукавое, в котором нет места ни лукавству, ни страху, но обитают ангелы и утешение Божие. Молите Христа Бога о нас. Аминь.
Святые апостолы Варфоломей и Варнава
Язы́к огнедохнове́н в си́ле Ду́ха прие́мше,/ во пло́ти прише́дшее Сло́во пропове́дасте всю́ду,/ Его́же ра́ди ов во главу́ усече́н,/ ов же ка́мением побие́н,/ и есте́ апо́стольскому ли́ку украше́ние,/ Варфоломе́е и Варна́во,/ те́мже па́мять ва́шу почита́ем и про́сим:/ моли́те Христа́ Бо́га пода́ти нам грехо́в оставле́ние.
Святые апостолы Варфоломей и Варнава, чью общую память ныне творит Церковь. Варфоломей — один из двенадцати, по преданию тот самый Нафанаил, о ком Господь сказал, что нет в нём лукавства; Варнава — из семидесяти, левит с Кипра, прозванный апостолами «сыном утешения». Молятся им о чистоте и простоте сердца, об избавлении от лукавства и страхов, об утешении в скорбях и об изгнании нечистой силы. Дивно дополняют они друг друга: один — образ нелукавой простоты, другой — утешения, и оба силою Христовой гнали нечистых духов и несли народам свет Евангелия. Этот апостольский подвиг и хранит левое клеймо нашей иконы: апостол Варфоломей исцеляет бесноватую царевну, и нечистый дух с воплем бежит вон.
А в народе этот день слывёт Варфоломеевым и слыл днём боязливым, когда мерещилась в травах лукавая нечисть. И дивно сошлось: народ страшился лукавой силы, а память дня — об апостоле, в котором нет лукавства, и о сыне утешения, и оба гнали ту самую нечисть силою Христовой. Эту науку и хранит правое клеймо иконы: крещёный человек спокойно идёт цветущим лугом, не страшась, ибо с ним крест и простота веры.
Поздравляем всех Варфоломеев, Варнав и Нафанаилов. Имя Нафанаил значит «дар Божий», Варнава — «сын утешения», а Варфоломей — «сын Толмая»; и дивно, что нелукавый Нафанаил-Варфоломей и сам стал даром Божиим народам, а Варнава — их утешением. Пусть же святые апостолы испросят каждому тёзке своему ту же чистоту сердца без лукавства и то же утешение в Боге, какими светлы были сами. житие
Святой апостол Варфоломей был один из двенадцати апостолов и, по церковному преданию, тот самый Нафанаил из Каны Галилейской, которого Филипп привёл ко Христу и о котором Господь сказал: «вот подлинно израильтянин, в котором нет лукавства». За эту нелукавую прямоту и бесхитростность и возлюбил его Господь.
По сошествии Святого Духа выпало апостолу Варфоломею благовествовать во многих странах: сперва с апостолом Филиппом в городах Малой Азии, потом в Индии, где перевёл он на тамошний язык Евангелие от Матфея, а после в Великой Армении.
Дивны были чудеса его. При одном приближении апостола бесы, обитавшие в идолах, с воплем бежали, а в стране царя Полимия исцелил он бесноватую царевну: бес, кричавший её устами «Варфоломей, и отсюда гонишь ты нас!», тотчас бежал. Уверовал тогда царь Полимий со всем домом и многие с ним; в благодарность послал царь апостолу богатые дары, но тот отказался, сказав, что ищет не золота, а спасения душ человеческих.
Озлобились языческие жрецы и подговорили брата царя, Астиага. Схватив апостола, распяли его вниз головою, но он и с креста не переставал благовествовать; тогда содрали с него кожу и усекли главу. Так принял святой Варфоломей мученический венец, а честные мощи его прославились многими чудесами.
Святой же апостол Варнава был из числа семидесяти, родом с острова Кипра, левит, в миру Иосия. За кротость и щедрость прозвали его апостолы Варнавою, что значит «сын утешения». Уверовав, продал он землю свою и принёс деньги к ногам апостолов, послужив бедным; он же первым поручился за недавнего гонителя Савла, будущего апостола Павла, и привёл его к апостолам, а после вместе с ним благовествовал в Антиохии и многих странах. Под конец вернулся он на родной Кипр и устроил там Церковь Христову, а за проповедь о Христе озлобленные иудеи побили его камнями. Погребён он был с Евангелием от Матфея, переписанным его рукою. Общая память святых апостолов совершается двадцать четвёртого июня.
Евангельские чтения
Горе нераскаявшимся
В то время начал Иисус укорять города, в которых наиболее явлено было сил Его, за то, что они не покаялись: горе тебе, Хоразин! горе тебе, Вифсаида! ибо если бы в Тире и Сидоне явлены были силы, явленные в вас, то давно бы они во вретище и пепле покаялись. Но говорю вам: Тиру и Сидону отраднее будет в день суда, нежели вам. И ты, Капернаум, до неба вознесшийся, до ада низвергнешься; ибо, если бы в Содоме явлены были силы, явленные в тебе, то он оставался бы до сего дня. Но говорю вам, что земле Содомской отраднее будет в день суда, нежели тебе. В то время, продолжая речь, Иисус сказал: славлю Тебя, Отче, Господи неба и земли, что Ты утаил сие от мудрых и разумных и открыл то младенцам. Ей, Отче! ибо таково было Твое благоволение.