Двадцать второй день лета — самая его макушка. Поднялось солнце на вершину своего годового пути, дни стоят теперь самые долгие, свет самый щедрый, и, по народному пониманию, на Кирилла отдаёт солнышко земле всю силу свою. Дойдя до вершины, оно поворачивает — оттого и солнцеворот: входит лето в полную силу, почин лету.
На Кирилу — почин лету (народный месяцеслов), молвили в народе, отмечая великий поворот года. И есть в том повороте тихое поучение: вот солнце взошло на самую высоту, щедрее некуда, а уже и поворачивает на убыль, и к вечеру сядет, как садится всякий день. На всякой вершине есть свой поворот, и самый яркий свет внешний к вечеру меркнет.
А Святая Церковь поминает в этот день преподобного Кирилла Белозерского, светильника Севера, что бежал от яркого мирского солнца, от славы и почёта, в тёмные северные леса и возжёг там иной свет, незаходимый, — тихий свет молитвы и любви. Так под одно число встали солнцеворот, на котором и самое высокое солнце поворачивает к закату, и преподобный Кирилл, принесший свет Божественной Правды в слепые и темные края, и оба учат: не держись за яркое солнце мира, которое сядет, а возжги в себе свет незаходимый, и будешь во свете, какой не затмит ни вечер, ни самая смерть.
День Кирилла-солнцеворота. Поднялось солнце на самую свою высоту, дни стоят теперь самые долгие, свет самый щедрый. Дойдя до вершины, солнце поворачивает — оттого и солнцеворот, — день помалу пойдёт на убыль, а лето подходит к своему пику, в самую свою жару. Это действительно макушка лета.
И земля в эту пору стоит в полной силе. Налитая солнечным теплом, всё она торопит выгнать и вызреть: поспевает на опушках первая земляника, тучнеют нивы, стоят стеною высокие травы. Хорошо солнышко: летом печёт, а зимой не греет (Даль), радовался крестьянин щедрому теплу, и пора эта была горячая, рабочая: на Кирилла косили траву и сушили сено, радуясь долгий погожий день.
Знал крестьянин верные приметы на этот день. По ягодам да по солнцу судил он о делах: коли земляника уже красна, поспела, то сеять овёс напрасно, ушло его время. А коли уродилось к этому дню много всякой ягоды, значит Господь управил так, что осень придет ранняя и ждали по тому холодной зимы впереди (Белов).
Макушка лета, земля в полной силе, и трапезу впору ей поставить сытную да крепкую. Доброю снедью такому дню была ядреная каша из полбы, крепкого, крупномолотого зерна, что и сытно, и силу даёт на долгий рабочий летний день. Каша эта простая, ядрёная, корнями уходит в самую древнюю крестьянскую старину.
Русского мужика без каши не накормишь (Даль), молвит народ, и то правда: чем ни корми, а без каши крестьянин не сыт и не крепок. За эту простую кашу из доброго зерна, что вырастило щедрое солнце, и благодарили Подателя тепла и хлеба.
Оттого и подадим на этот день полбяную кашу, и постную, и скоромную, по дню.
Постное: полбу разваривают в воде до мягкости, солят, заправляют поджаренным на постном масле луком и подают горячею. Каша крепкая, ядрёная, сытная, для дня постного.
Скоромное: ту же полбяную кашу в непостный день варят на молоке или сдабривают доброй ложкой коровьего масла. Та же каша, да побогаче и нежнее, для дня скоромного.
Сегодня солнце льёт на землю щедрый свет, дойдя до самой своей вершины. Да только и оно к вечеру сядет. Одно слово - солнцеворот! Теперь дни пойдут на убыль. Есть, однако, свет, что не заходит вовек, — свет внутренний. Свет в храмине от свечи, а в душе от молитвы (Даль): комнату озаряет свеча, а душу — молитва. И святой этого дня бежал яркого мирского солнца, славы и почёта, в тёмные северные леса, чтобы возжечь в себе этот незаходимый свет; и Сам Господь, призывая его, заблистал ему в ночи светом, указавшим место в глухой северной дали.
А свет души возгорается от молитвы. А молитва приносит в души главное: любовь. Умирая в девяносто лет от роду, преподобный Кирилл оставил детям своим единственный завет: «любовь имейте между собою». Ибо ведал он слово апостольское: «Кто любит брата своего, тот пребывает во свете» (1 Ин 2:10). Молитва, что возжигает в душе свет, и любовь, что хранит его горящим, — это и есть свет.
Так и Кирилл: в тёмной чаще, вдали от мирского солнца, возжёг он тихую лампаду молитвы и любви, и малый этот огонёк разгорелся в могучий светильник, осиявший целый дикий край, Северную Фиваиду. Бежавший житейского света — сам стал светом. И князьям писал он: стойте в церкви со страхом, как на небе, ибо церковь — земное небо. Вот так он и в студёной северной глуши видел истинный свет неба. И малая лампада молитвы и любви, затепленная в самом тёмном месте, может осиять целую пустыню.
Вот всем нам завет Кириллова дня: не гонись за ярким мирским солнцем — славой, успехом, людскою похвалою, — ибо оно к вечеру сядет и оставит тебя во тьме. Возжигай свет незаходимый: молись и люби брата своего, и будешь пребывать во свете, какого не погасит ни вечер, ни самая смерть.
Преподобне отче Кирилле, возжги и в нас тихий свет молитвы и любви, да бежим суетной славы мира и пребудем во свете незаходимом. Моли Бога о нас. Аминь.
Преподобный Кирилл Белозерский, в миру Косма, постриженик Симонова монастыря, духовный сродник преподобного Сергия Радонежского, основатель и первый игумен Кирилло-Белозерской обители на Белом озере, светильник Северной Фиваиды, чудотворец и наставник князей. Молятся ему о крепости в вере, об отвержении мирской славы и тщеславия, о духовном просвещении и о любви и мире между ближними. Бежал он славы человеческой, сложил с себя Симоновскую архимандритию и по чудесному указанию Богоматери, в ночном видении узрев на дальнем севере озарённое светом место, ушёл с другом своим Ферапонтом в глухие белозерские леса. Этот свет и хранит левое клеймо нашей иконы: ночью, у иконы Богоматери, Кирилл слышит глас и видит свет, указующий место будущей обители.
А в народе этот день слывёт Кириллом-солнцеворотом, порою, когда солнце, дойдя до вершины, отдаёт земле всю силу. И дивно сошлось: солнце льёт на землю щедрый свет, а преподобный Кирилл, бежав от яркого мирского солнца в тёмные северные леса, возжёг там тихий свет молитвы и любви и стал светильником, осиявшим целый край. Эту пору и хранит правое клеймо иконы: высокое летнее солнце над землёю, стоящей в полной своей силе.
Поздравляем всех Кириллов. Имя это греческое и значит «господень», «принадлежащий Господу», и дивно: всё отдав ради Господа — и славу, и богатство, и самый мир, — всецело принадлежал Ему Кирилл, и оттого светил Его светом. Пусть же небесный покровитель испросит каждому тёзке своему ту же любовь к Богу и ближнему и тот же тихий свет молитвы, какими светел был сам. житие
Преподобный Кирилл, в миру Косма, родился в Москве, в знатной семье, и, рано осиротев, жил у родственника, боярина Тимофея Вельяминова, окольничего при дворе Димитрия Донского. Открывалось ему блистательное мирское поприще, но юноша стремился к иночеству. Раздав имение нищим, постригся он в Симоновом монастыре от руки Феодора, племянника преподобного Сергия, с именем Кирилл.
В Симонове нёс он смиренные труды в хлебне и поварне, и, глядя на пылающий огонь печи, говорил себе: «Смотри, Кирилл, не попасть бы тебе в огонь вечный». Сам преподобный Сергий, приходя в обитель, прежде всех искал Кирилла в хлебне и подолгу беседовал с ним о пользе душевной. Возведённый против воли в архимандриты, Кирилл, тяготясь почётом и людскою славою, сложил с себя сан и затворился в келлии.
Душа его жаждала безмолвия. Однажды ночью, читая акафист пред иконою Богоматери, услышал он голос: «Иди на Белоозеро, там тебе место», и заблистал свет, и в оконце увидел он на дальнем севере озарённое место. С другом своим Ферапонтом, взяв икону Богоматери, отправился он, уже шестидесятилетний, в глухую белозерскую сторону.
На горе над Сиверским озером узнал он то самое место из видения, водрузил крест и выкопал землянку. Долго подвизался в одиночестве, терпя голод, стужу и напасти: то падающую сосну, от которой спасся по гласу свыше, то злой умысел поджигателя, чью келлию сохранил Бог. Когда же стеклись к нему ревнители безмолвия, понял он, что время уединения кончилось, и в тысяча триста девяносто седьмом году построил храм в честь Успения Богоматери.
Дал он обители строгий устав общежития: ни у кого никакой собственности, в келлии лишь иконы да книги, в храме и трапезной полное безмолвие; и сёл от князей не принимал, чтобы не нарушить иноческой нищеты и тишины. Сам освящал он устав примером жизни, в трудах, слезах и молитве, и Господь прославил его даром прозорливости и чудес: умножал он вино и хлеб, укрощал бурю на озере и пожар в обители. Любил он и духовное просвещение, сам списывал книги, и обитель его стала богатейшею книгами на Руси.
Наставлял он и князей: в посланиях своих учил их судить праведно, не теснить народа, миловать нищих и стоять в церкви со страхом, как на небе. Достигнув девяноста лет, в день Святой Троицы совершил он последнюю свою литургию и, завещав братии единственное — «любовь имейте между собою», — мирно почил в тысяча четыреста двадцать седьмом году. Память его совершается двадцать второго июня.
В то время Иоанн, услышав в темнице о делах Христовых, послал двоих из учеников своих сказать Ему: Ты ли Тот, Который должен придти, или ожидать нам другого? И сказал им Иисус в ответ: пойдите, скажите Иоанну, что слышите и видите: слепые прозревают и хромые ходят, прокаженные очищаются и глухие слышат, мертвые воскресают и нищие благовествуют. И блажен, кто не соблазнится о Мне. Когда же они пошли, Иисус начал говорить народу об Иоанне: что смотреть ходили вы в пустыню? трость ли, ветром колеблемую? Что же смотреть ходили вы? человека ли, одетого в мягкие одежды? Носящие мягкие одежды находятся в чертогах царских. Что же смотреть ходили вы? пророка? Да, говорю вам, и больше пророка. Ибо он тот, о котором написано: «се, Я посылаю Ангела Моего пред лицем Твоим, который приготовит путь Твой пред Тобою» (Малах. 3,1). Истинно говорю вам: из рожденных женами не восставал больший Иоанна Крестителя; но меньший в Царстве Небесном больше его. От дней же Иоанна Крестителя доныне Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его. Ибо все пророки и закон прорекли до Иоанна. И если хотите принять, он есть Илия, которому должно придти. Кто имеет уши слышать, да слышит!