Загляните нынче в колос: он на глазах тяжелеет и клонится к земле. Идёт налив, тихое главное чудо года, и день зовётся Андреем Наливой, потому что наливаются овсы и озими, зреет поле.
А чтут ныне память святителя Андрея, архиепископа Критского, дамасского дитяти, немого до семи лет и заговорившего от Святого Причастия. Стал он великим песнописцем Церкви, а всему христианскому миру оставил Великий покаянный канон, что читается Великим постом.
Отчего в эти дни ходят на нивы, как на смотрины, почему говорят, что не лошадь везёт, а овёс едет, и что за студень иноземцы прозвали русским бальзамом, о том расскажут традиции дня.
А на столе тот самый бальзам, овсяный кисель, что и хлеб, и лекарство: у скоромных на молоке, у постящихся с медовой сытой. Им и хворого поднимали, и малого кормили.
И тихо сходятся в этом дне колос и канон. Как июль исподволь наливает зерно, так покаянное слово критского пастыря год за годом наливает сердце, и то и другое зреет не силой, а под тёплым терпеливым небом.
В этот день чтут память святого Андрея, и в народе за ним закрепилось говорящее прозвание Андрей Налива, потому что к этой поре наливались хлебные колосья, тяжелея зерном и клонясь к земле. Всё внимание крестьянина было теперь приковано к полю, где на глазах совершалось главное чудо года, тихое вызревание хлеба, что кормит весь год. Ходили смотреть на нивы, приглядывались к колосу, радовались его тяжести и полноте, и в этом любовании наливающимся хлебом была не праздность, а древняя связь человека с землёй, их дуэт, что дает обильный плод, который поит и кормит людей.
По наливу разных хлебов судили о ходе лета и сравнивали, какое поле как поспевает, ведь у каждого злака был свой срок. Озимая рожь уже входила в налив и была всех спелее, а яровой овёс и греча ещё только догоняли её, оттого и говорили с улыбкой, что озими в наливах дошли, а батюшка-овёс до половины дорос, что озими в наливе, а греча на всходе, и что на грече ещё и рубашки нет, когда овёс уже в кафтане. За этими присказками стоял внимательный хозяйский глаз, что по одному полю читал будущий урожай и загодя прикидывал, чем полны будут закрома.
Особо в этот день чтили овёс, главную подмогу крестьянского двора, потому что без него не ступила бы ни одна рабочая лошадь. Овёс кормил коня, а конь пахал, возил и кормил всю семью, оттого и вышла верная присказка, что не лошадь везёт, а овёс едет, ведь вся сила рабочей скотины была в добром овсяном корме. Ценили овёс и на своём столе, и не зря говорили, что у кого колос, у того и голос, потому что полные закрома давали хозяину и достаток, и вес среди людей.
Овёс был не только кормом да хлебом, но и добрым лекарством, и особенно ценили овсяный кисель да овсяную кашу за их мягкую, восстанавливающую силу. Кисель этот, что иноземцы дивясь прозвали русским бальзамом, давали детям, старикам и всем, кто исхудал и ослаб после долгой болезни, и он и впрямь возвращал силы, мягко питая измученное тело. В этой простой овсяной пище была вековая мудрость народного врачевания, что лечило не редкими снадобьями, а тем, что росло на своём же поле.
Примечали в этот день по наливу и погоде. Считали, что дружный, скорый налив колоса сулит богатый и ранний урожай, а тёплые тихие дни в эту пору хлебам на пользу. Глядели и на овёс, примечая, что коли к Наливе он вошёл в силу и поднялся, то и год будет кормным, сытым и для людей, и для скотины. А по самому этому дню судили и о дне далёком, примечая, что каков Андрей Налива, таков будет и Калинник, что придёт в августе.
Овсяный кисель варили из овсяной муки или толокна, что заквашивали загодя. Муку разводили тёплой водой, давали ей день постоять и скиснуть, набрать доброй кислинки, а после процеживали и уваривали на огне, помешивая, покуда не загустеет до плотности, чтобы можно было резать ножом. Готовый кисель выливали в мису, остужали до крепкого студня и подавали, полив льняным или конопляным маслом, а в скоромные дни сытовым медовым взваром или молоком. Ел его и стар, и млад, а хворым и ослабевшим он был первой поддержкой, недаром иноземцы, отведав, прозвали его русским бальзамом за мягкую целительную силу. Варили в эту пору и овсяную кашу, рассыпчатую или размазню, что так же питала и восстанавливала силы после болезни.
Кисель этот был не приторным лакомством, а едой сытной и кисловатой, самостоятельным блюдом на столе. Резали его ножом, как студень, ели ложкой, макали в масло или в молоко, а оставшийся про запас держали в холоде и подавали ломтями назавтра. За неспешную закваску да за верную силу и любили его в народе, ведь то была настоящая исконная русская еда, древнее всякой памяти.
По-скоромному. Овсяный кисель на молоке
Два стакана овсяной муки или толокна развести тёплой водой до жидкого теста, положить корочку ржаного хлеба для закваски и оставить в тепле на сутки скиснуть. Скисшее процедить сквозь сито, отжав гущу, посолить и уварить на малом огне, беспрестанно мешая, покуда не загустеет так, что ложка стоит. Вылить в смоченную водой мису, остудить до крепкого студня, опрокинуть на блюдо и подавать ломтями, полив холодным молоком, а кто любит послаще, сытой.
По-постному, на среду и пятницу
Тот же кисель заквасить и уварить так же, а к столу подать не с молоком, а полив льняным или конопляным маслом либо медовой сытой. От скоромного он отличен лишь заправою, а сила и вкус те же, и в постный день он равно хорош и сытому работнику, и хворому на поправке.
Стоит крестьянин у нивы и не сразу может уловить, как наливается колос, а через неделю зерно тяжело и полно. Не рывком приходит спелость, а тихо, день за днём, под тёплым небом.
Так зреет в человеке и покаяние. Оно редко приходит грозой; чаще Господь ведёт душу исподволь, «как земля произращает: сперва зелень, потом колос, потом полное зерно в колосе» (Мк 4:28). Насильно не выправишь колос и не вырастишь плод, ему нужны время, тепло и терпение.
Об этом и вся жизнь святителя Андрея. Немой до семи лет, он заговорил лишь от Причастия, а после наливался словом всю жизнь и на склоне лет отдал Церкви Великий канон, что и поныне всякую весну возделывает наши сердца. Плод его зрел десятилетиями, зато вышел на все века.
Солнце пригреет — всё поспеет (Даль). Крестьянин ждал урожая без суеты, зная, что своё поле не поторопишь; той же неспешной верой держится и труд над собственной душой.
Вот и завет Андрея Наливы: не гони свой колос. Не отчаивайся, что не переменился вдруг, что покаяние даётся по капле, что доброе в тебе зреет медленно. Держись под Божиим солнцем: молись, трудись, причащайся, и в свой срок нальётся зерно. У Бога поспевает всё, что посеяно и не брошено.
Святи́телю о́тче Андре́е, моли́ Бо́га о нас.
Святитель Андрей, архиепископ Критский, — великий песнописец Церкви. Дамасское дитя, немое до семи лет и заговорившее после причащения Святых Таин, он вырос в служителя Святого Града, потрудился на Шестом Вселенском соборе и был поставлен архиепископом острова Крита. Всему христианскому миру он оставил Великий покаянный канон, что читается Великим постом, и молятся святителю прежде всего о даре покаяния, о слезах сокрушения и о твёрдости в вере. Дивную силу его молитвы и хранит левое клеймо нашей иконы: святитель со слезами молится на стене осаждённого города, и вражеские корабли отходят прочь.
Кончину свою святитель провидел: возвращаясь из Царьграда домой, он простился с друзьями, сказав, что Крита более не увидит, и преставился на острове Лесбосе, где и был погребён. Позднее мощи его перенесли в Царьград, а частицы святыни разошлись по православному миру. Есть они и на Руси: частицы мощей святителя Андрея издревле хранятся в драгоценных мощевиках Московского Кремля, среди которых панагия, принадлежавшая царю Ивану Грозному.
В народном месяцеслове день зовут Андреем Наливой: наливаются овсы и озими, зреет поле. Так зреет в христианской душе и слово критского пастыря, ведь его канон всякий год наливает сердце покаянием, как июль наливает колос. Эту пору и хранит правое клеймо иконы: хозяин на меже держит в ладони налитой колос, любуясь его тяжестью. Поздравляем именинников Андреев. Имя Андрей по-гречески значит «мужественный», и мужество святителя было тихое: не меч, а слово, не гром, а слёзы. Пусть же критский пастырь испросит каждому тёзке своему дар покаянных слёз и колос, налитой добрым зерном. житие
Святой Андрей родился в Дамаске и до семи лет был нем. Когда же вместе с родителями он причастился в церкви Божественных Таин, немота его разрешилась, и отрок заговорил. Так Христос устами немотствовавшего младенца показал, какая сила таится в Пречистых Тайнах. Получив дар речи, Андрей был отдан учиться божественным книгам, а на четырнадцатом году приведён во Святой Град Иерусалим на служение Богу. Патриарх принял его в клир и, видя разум юноши, поставил его нотарием, церковным письмоводителем. Жил Андрей в целомудрии, воздержании и кротости, так что дивился ему сам патриарх, и был он любим всеми.
Когда в Константинополе собрался Шестой Вселенский собор против ереси единовольников, патриарх Иерусалимский Феодор, сам не могший ехать, ибо Святой Град был тогда под мусульманской властью, послал на собор Андрея, состоявшего уже в сане архидиакона. Там блаженный стал известен святым отцам и самому императору: в нём увидели не только книжную премудрость и глубокое знание догматов, но и святую жизнь. Против еретиков он показал себя доблестным воином Христовым и много помог собору.
Воротившись, Андрей по поручению патриарха заботился о сиротах, питал странников, служил больным, и во всём был так усерден, как будто служил Самому Христу. После того он был поставлен архиепископом на остров Крит. Здесь он стал светильником миру: учил богодухновенно, изгонял бесов, был грозою для еретиков. Отгонял он и видимых врагов: когда сарацины, приплывшие на кораблях, осадили критский город Друмеос, где заперся со своей паствой святитель, враги отступили со стыдом, побеждённые не оружием, а его слёзными молитвами, которыми он, как стрелами, уязвлял супостатов. В бездождие и засуху молитва его низвела на критскую землю дождь и вернула ей плодородие.
Святитель написал много богодухновенных творений: Великий канон, поемый в четверток пятой недели Великого поста, и другие каноны, и песнопения, которыми украсил церковную службу, и многие похвалы Пречистой Деве Богородице. По церковным нуждам он отправился однажды в Константинополь, и всякий, кто видел его и слушал его медоточивые речи, совершенствовался душою. Собираясь же в обратный путь, святой провидел свою кончину и сказал друзьям, что Крита более не увидит. Простившись с ними последним целованием, он сел на корабль, в пути занемог и, доплыв до острова Митилены, в месте, называемом Иерис, предал душу свою в руки Божии. Так, с честью упасши вверенное ему стадо, святитель Андрей сопричислился к лику святых иерархов, предстоящих престолу Святой Троицы. Память его совершается 17 июля.
В то время пришел Иисус к морю Галилейскому и, взойдя на гору, сел там. И приступило к Нему множество народа, имея с собою хромых, слепых, немых, увечных и иных многих, и повергли их к ногам Иисусовым; и Он исцелил их; так что народ дивился, видя немых говорящими, увечных здоровыми, хромых ходящими и слепых видящими; и прославлял Бога Израилева.