По-еврейски Сила значит «покой», Силуан по-латыни «лесной», но в обоих именах расслышали своё, третье: силу. В святцах стояли апостолы от семидесяти, спутники первоверховных, а народ, чтя их, приговаривал о своём: «Святой Сила прибавит мужику силы», «На Силу святителя и бессильный богатырём живёт», и прибавку эту понимал просто, на столе стоял новый хлеб.

 Главное же дело дня лежало в поле. Пары, допаханные ещё на Бориса и Глеба, дождались своего часа, лучшего срока озимого сева. «Рожь, посеянная на Силу и Силуяна, родится сильно», верили твёрдо, и первую горсть зерна бросал самый старший в доме, дед, на стариковское счастье, с опытной руки и сев ровнее, и благословение старше. В смоленских краях севу срок подсказывал и лес. Пошли расти рыжики, пора сеять рожь. А про дозревшую говорили: «На Силу и Силуяна рожь бывает пьяна», полна зерном и клонится долу. Так и стоял этот день на двух ржах: нынешняя кланялась, будущая ложилась в землю.

 Чтился в тот же день и мученик Иоанн Воин, которого народ знал грозой воров. Обворованный служил ему молебен, и страх Божий вместе с совестью нередко доводили вора до повинной, оттого и говорили, что Иоанн Воин находит покражу без сыщика. Особо молились ему пасечники. Медовый съём стоял у порога, и чужие соты манили лихих людей. Суд этого святого был судом совести, и, играя именем силы, сами же себе напоминали далевское: «Не в силе Бог, а в правде».

 Приметы дня жили парой. Стоят дни пасмурные и прохладные, дождя можно не опасаться, а сделалось душно, и мошка со слепнем особенно злы и едки, жди дождя вскорости.

  Сеятелю к силе полагалась и еда под стать, и была на то своя, тихая: сочевица, как встарь звали чечевицу. Бобовое зерно кормило пахаря спокон веку, имя его доныне живёт в слове «сочельник», где сочиво из зёрен правит столом, а в торговом ряду у чечевицы было своё место, недаром посмеивались: «Торгуй мужик пшеницей, баба чечевицей». Не вся сила в мышце, есть сила и в зерне, и сочевичная похлёбка тому первое доказательство, проста, дешева, а держит работника до вечера.

 Варили её неспешно. Зерно с вечера замачивали, а после разваривали в мягкую гущу с кореньями, под конец пуская лук и душистую травку, и давали похлёбке постоять, собраться с духом. Такою, на воде и постном масле, она годилась и в среду, и в пятницу, а в скоромный день её заправляли по-богатому, толчёным салом со шкварками и ложкой сметаны, и от гороховой каши это русло отличали твёрдо, там крутая каша, тут льющаяся похлёбка.

 На всякий день. Похлёбка чечевичная

 Стакан чечевицы замочить с вечера в холодной воде, утром промыть, залить полутора литрами свежей воды и поставить на умеренный огонь. Как закипит, снять пену, положить крошеную морковь и корешок петрушки и варить до полного размягчения зерна. Тогда добавить мелко крошенную луковицу, посолить, дать покипеть на слабом огне ещё десять минут, заправить растёртым чесноком, укропом или чабером и ложкой постного масла. Снять с огня и дать постоять под крышкой, похлёбка любит собраться с духом. К ней ржаной хлеб.

 По-скоромному. Похлёбка чечевичная со шкварками

 Ту же похлёбку заправить по-богатому: ломтики сала вытопить на сковороде до румяных шкварок, вылить их вместе с жиром в котелок, размешать и разлить по мисам, положив в каждую ложку сметаны. Сытнее еды для сеятеля в этот день не искали.

  Силу мы меряем просто: кто поднял больше, кто крикнул громче, кто устоял на ногах. А в святцах день силы отдан двум узникам в колодках.

 В филиппийской тюрьме, избитые, Павел и Сила в полночь запели. Не застонали и не заспорили с судьбой, запели, благодаря Бога. И стены не выдержали этой песни.

 Апостол Павел открыл потом источник такой силы. «Всё могу в укрепляющем меня Иисусе Христе» (Флп. 4:13). Всё могу, это не похвальба силача, это исповедь человека, который знает, откуда берёт. Своей силы у него, битого и гнанного, было не больше нашего, а Христовой доставало на всё: на темницу, на дорогу, на песню в полночь. Такая сила не в жилах живёт и с годами не убывает.

 Вот и сила Силина дня. Когда придёт твоя полночь и петь будет не с чего, всё-таки запой. Начни с благодарения, а не с жалобы: за прожитый день, за хлеб, за родных, за самый воздух. Благодарящее сердце Господь укрепляет первым, и глядишь, дрогнет и твоя темница, какою бы она ни была. Сей свою рожь и пой свою песню, а силу подаст Укрепляющий.

 Святи́и апо́столи Си́ло и Силуа́не, испроси́те нам у Го́спода кре́пости на вся́кий труд и пе́сни на вся́кую по́лночь, да не оскуде́ет в нас благодаре́ние. Моли́те Бо́га о нас.