Вчера учились молчать, а нынче лес с самого утра полон голосов. На Марию Ягодницу от дворов к опушкам тянутся кузовки и лукошки, в лесах аукают и перекликаются песнями, у ягодной страды свой голос и свой лад.
В поле в этот день работать остерегались, день слыл громовым, и полевая опаска обернулась лесным раздольем. Пока ягодницы бродят по сырым логам, дома моют окна и вешают свежие занавески, впуская в избу марьин свет.
А в святцах Мария Магдалина. Каким подарком одарила она весь христианский мир, о том к слову расскажет житие.
На столе же чёрная смородина во всех видах, со сливками и с мёдом, а в запас идёт зимний гостинец, который сворачивают трубкой. Люби смородинку, соглашалась хозяйка, люби и оскоминку. Сладок марьин день, да не без горчинки, и про неё найдётся у дня духовное слово.
Спозаранку тянулись из деревни к лесу кузовки да лукошки: на Марию Ягодницу шли по ягоды. День памяти равноапостольной Марии Магдалины, мироносицы, народ звал громовым и в поле работать остерегался, говоря, что на Марию Магдалину в поле не работают, гроза убьёт. Полевой запрет и отдал этот день лесу, а святую в народе прозвали Ягодницей и Сладостницей, по самой сладкой поре лесного года.
В лес снаряжались женщины, девушки и ребятня, шли ватагами, в одиночку в чащу не совались, а чтобы не растеряться, аукались и пели, и песня сама называла ягоду дня: «Пошли девушки в лес по ягоды, не за калиною, не за малиною, всё за чёрною за смородиной». Чёрная смородина по сырым логам и вдоль речек как раз доспевала, к ней прибирали и красную, и последнюю чернику. Малых учили приговаривать над кустом: «Беру ягодку, чёрную смородинку, батюшке в стаканчик, матушке в рукавчик», чтобы рука брала не в рот, а в кузовок, и полные кузовки к вечеру чинно несли домой.
Дома тем часом хозяйничал марьин свет. Солнце на Ягодницу стояло обычно ярое, и хозяйки спешили впустить его в избу: мыли окна, стирали и вешали свежие занавески, обметали по углам паутину берёзовым веником, сбережённым от Троицы. Была в том простая домовитая забота, засветло прибрать избу к близкой поре заготовок, да и повод светлый: чем чище окно, тем дольше в доме лето.
Приметы дня глядели на росы. Тяжёлая роса на Марию сулила льнам худо: «На Марию сильные росы, льны будут серы и косы», сырость в эту пору уже не летняя, и стоячему льну она стирает будущую белизну. По марьиным росам загодя судили, каков выйдет лён, а заодно торопились с сеном: чем тяжелее росы, тем короче сухие часы дня.
Ягодный день и стол собирал ягодный, а героиню его назвала сама лесная песня: чёрная смородина. Имя ей дано за дух, «смородом» встарь звали сильный густой запах, и ни одна ягода не пахнет так, как она. Лист её клали в соленья и заваривали в чай, ягоду ели свежей, с мёдом, а кто держал корову, тому смородина хороша была и со сливками. Кислоты в ней вдоволь, о том и посмеивались за столом: «Люби смородинку, люби и оскоминку».
Что не съедалось свежим, шло в запас, и самым старинным запасом были леваши, ягодная пастила. Ещё старинная книга домашнего устроения велела делать леваши из всяких ягод, черничные, малиновые, земляничные и смородинные: разваренную ягоду протирали, уваривали с мёдом и сушили тонким листом на солнце, а после свёртывали в трубки, что хранились всю зиму. Зимой такая трубка была желанным гостинцем, её отламывали к чаю, размачивали в горячей воде на кисельный лад и клали в сдобные пирожки-левашники, самим левашам родные и по имени, и по начинке.
На всякий день. Леваши смородинные
Спелую чёрную смородину перебрать, залить на дне горшка ложкой-другой воды и разварить на малом огне до полной мягкости. Горячую ягоду протереть сквозь сито, на четыре стакана протёртого положить около стакана мёда, по вкусу, смородина кисла, и уваривать на слабом жару до густоты, мешая беспрестанно, чтобы не пригорело. Густую массу разлить тонким слоем на доску или лист, чуть смазанный постным маслом, и сушить на солнце, подливая новый слой, как подсохнет прежний, во второй и в третий раз. Коли солнце не осилит, досушить у печи, а ныне в приоткрытой духовке на самом малом жару. Готовый лист, чуть липкий и плотный, свернуть трубкой и держать в сухом месте: зимою и к чаю, и в пирожки.
У всякого из нас есть слово, которое слышнее всех прочих, собственное имя. В шумной толпе, сквозь сон, через целый двор мы безошибочно ловим его. Именем нас впервые позвала мать, и им же зовёт Бог.
Так было и в то утро у пустого гроба. Мария приняла Воскресшего за садовника, а Садовник знал её и позвал по имени. Одного слова достало, чтобы самая горькая точка её жизни стала самой сладкой.
Добрый пастырь «зовёт своих овец по имени» (Ин. 10:3), сказал о Себе Господь. Не гуртом пасёт, не по счёту знает, а по имени. В самой глухой беде, где человеку кажется, что он забыт и потерян, его помнят и зовут. Господь узнаёт нас прежде, чем мы Его, и ждёт лишь одного, чтобы мы обернулись на голос.
Вот и утешение Марьина дня. Ты назван по имени, значит, не потерян. Как бы ни горчила нынешняя твоя ягода, она зреет, и Господь знает, где стоит твой куст. Не прячься от Зовущего, откликайся, как откликнулась Мария, всем сердцем. А услышав в себе тихий зов, не отмахивайся, это тебя ищут.
Свята́я равноапо́стольная Мари́е Магдали́но, испроси́ нам се́рдце, отзы́вчивое на го́лос Госпо́день, да и в са́мой го́рькой до́ле не забу́дем, что на́званы по и́мени и Бо́гом не поте́ряны. Моли́ Бо́га о нас.
Равноапостольная Мария Магдалина была мироносицей из галилейского города Магдалы, той, из которой Господь изгнал семь бесов (Лк. 8:2) и которая с того часа шла за Ним, служа Ему от имений своих. Она устояла у Креста, когда апостолы бежали, первой пришла ко гробу и первой из людей увидела Воскресшего. Церковь зовёт её апостолом для самих апостолов. Молятся ей о покаянии и прощении грехов, об избавлении от дурных пристрастий и вражиих козней, об укреплении веры.
На дворе её дня самая сладкая пора лесного года, но прозвание Сладостница народ дал святой не за одну ягоду. Никто не знал горечи полнее её: семь бесов, Крест, у которого она выстояла, пустой гроб и слёзы над ним. И никто прежде неё не вкусил сладости Воскресения. Пахарь про такой путь говорит просто: «Ешь горькое, доберёшься и до сладкого» (Даль). А Псалтирь венчает одним стихом и ягодный кузовок, и всё её житие: вкусите и видите, яко благ Господь (Пс. 33:9). Оба клейма нашей иконы живут в саду. В народном ягодница склонилась с кузовком к кусту чёрной смородины. В житийном Мария, склонявшаяся в слезах ко входу гроба, выпрямилась на звук своего имени и протянула руки к Воскресшему.
А в народе день зовут Марией Ягодницей. Поздравляем именинниц Марий, носительниц самого родного на Руси имени. Именословы толкуют его двояко, «госпожа» и «горькая», и горькое имя народ увенчал сладким прозванием: такова пасхальная арифметика этой судьбы. В России частица мощей равноапостольной почивает в обители Святых Царственных страстотерпцев под Екатеринбургом. А кому выпадет дальняя дорога, тому поклон в Гефсиманию: русский семиглавый храм Марии Магдалины стоит над тем самым садом, где молился в последнюю ночь Спаситель, в храме икона святой с частицей её мощей, и сёстры женской обители поют ей службы над Гефсиманией по сей день. житие
Мария родилась в Магдале, богатом галилейском городе на берегу Геннисаретского озера, оттого и зовётся Магдалиной. Была она галилеянка родом и нравом: пылкая, отзывчивая, благодарная. О первой поре её жизни известно одно. Мучил её тяжкий неисцелимый недуг, семь бесов держали её, по слову Евангелия. И не за грехи её попустил это Бог, а да явятся на ней дела Божии. Услышала она о Чудотворце, исцеляющем всякую болезнь и всякую немощь, и поспешила к Нему. С пламенной верой просила она исцеления и получила его. Мучительная сила оставила её, и жизнь её осветилась светом Исцелителя.
С того часа Мария пошла за Господом навсегда. Ходила она за Ним по городам и весям и служила Ему от имений своих, и евангелист называет её первой среди благодарных жён. А Спаситель был нищ. Лисицы имеют норы и птицы гнёзда, сказал Он Сам, а Сын Человеческий не имеет, где приклонить голову (Мф. 8:20). Служение благодарных жён утешало Его среди трудов и оскорблений.
В страшные дни страданий Христовых Мария явила себя мужественнее апостолов. Они обещали умереть с Господом, а как пришла беда, бежали и скрылись. Она же любовью победила страх. Стояла Мария у самого Креста среди глумящейся толпы, из первых, как опять называет её евангелист, и в полуденной тьме не отошла от Распятого. Провожала она тело Его от креста до гроба и смотрела, где полагали Его. А после купила миро и ароматы, чтобы воздать Погребённому последнюю честь. За это приготовленное миро и зовётся она мироносицей.
Ещё в ночном сумраке первого дня недели, не убоявшись опасности, Мария пошла ко гробу. Одна была у неё с прочими жёнами забота: кто отвалит нам камень от дверей гроба? Но камень был уже отвален. Поразила её мысль, что тело Господа унесли, и она побежала к Петру и Иоанну: унесли Господа из гроба, и не знаем, где положили Его. Апостолы поспешили ко гробу, увидели лежащие пелены и особо свитый плат и отошли, дивясь.
А Мария вернулась и стала у гроба, плача. Наклонилась она в низкий вход пещеры и увидела двух ангелов в белом. Сидели они у главы и у ног, где лежало тело Иисуса. Жена, что ты плачешь, сказали ей ангелы. Она отвечала: унесли Господа моего, и не знаю, где положили Его. Сказав так, обернулась и увидела стоящего Иисуса, но не узнала Его и приняла за садовника. Жена, что плачешь, кого ищешь, спросил её Господь. Господин, отвечала она, если ты вынес Его, скажи мне, где ты положил Его, и я возьму Его. Так велика была её любовь, что о слабых силах своих она и не вспомнила.
И Господь назвал её по имени: Мария! Она узнала памятный на всю жизнь голос, каким некогда изгнана была из неё тьма. Обратясь, воскликнула она одно слово: Учитель! И бросилась к ногам Его. Христос же кротко удержал её: не прикасайся ко Мне, ибо Я ещё не восшёл к Отцу Моему. Иди к братиям Моим и скажи им: восхожу к Отцу Моему и Отцу вашему, и к Богу Моему и Богу вашему.
Так Мария Магдалина стала первой на земле благовестницей Воскресения, посланной Самим Господом. Жена из уст змия приняла первую ложь, поучает святитель Григорий Богослов, и жена же из уст Самого Воскресшего первая услышала радостную истину. Ученики, убитые горем, сперва не поверили ей. Но она с прочими мироносицами, сияя счастьем, ходила из дома в дом и повторяла без счёта: Христос воскрес! И малая горсть учеников, которой она была ревностнейшей, разнесла это слово из края в край земли.
Проповедуя, дошла она и до Рима. Предстала Мария самому кесарю Тиверию и поднесла ему, по восточному обычаю дарить дар, простое яйцо, окрашенное в красный цвет, со словами: Христос воскрес! С того подношения и разнёсся по христианскому миру пасхальный обычай красного яйца: как из яйца выходит к свету живой птенец, так восстал из запечатанного гроба Господь. Рассказала она кесарю и о неправедном суде над Иисусом, и малодушный правитель, предавший Невинного, был лишён власти.
Из Рима святая прибыла в Ефес и помогала там в благовестии апостолу Иоанну Богослову. Предание говорит, что двадцатая глава его Евангелия, глава о том самом утре, записана с её слов. В Ефесе она мирно скончалась и была погребена. Мощи её позже торжественно перенесли в Царьград, в обитель святого Лазаря, а частицы их разошлись по многим святыням мира. Церковь же из года в год повторяет вслед за Магдалиной самое первое её благовестие: Христос воскрес!
В то время, когда Иисус учил, приступили к нему первосвященники и старейшины народа и сказали: какою властью Ты это делаешь? и кто Тебе дал такую власть? Иисус сказал им в ответ: спрошу и Я вас об одном; если о том скажете Мне, то и Я вам скажу, какою властью это делаю. Крещение Иоанново откуда было, с небес или от человеков? Они же рассуждали между собою: если скажем: «с небес», то Он скажет нам: почему же вы не поверили ему?» А если сказать: «от человеков», - боимся народа; ибо все почитают Иоанна за пророка. И сказали в ответ Иисусу: не знаем. Сказал им и Он: и Я вам не скажу, какою властью это делаю.