Митрофан Навозник, Митрофанов день
От навоза и куча растёт (Даль)
Семнадцатый день лета зовёт крестьянина к работе чёрной, да насущной. Управившись с главным севом, брался он за навоз, что за зиму скопился на дворе, вывозил его на поля и гряды и заделывал в землю, чтобы напитать и удобрить усталую ниву. Дело грязное и тяжкое, а без него не жди урожая.
Митрофан, в народе Навозник. От навоза и куча растёт (Даль), молвили в народе, разумея, что от презренного, смрадного навоза земля наливается силою и родит обильнее. Что всеми гнушаемо и брезгливо обходимо, то самое и питает будущий хлеб, и оттого мудрый хозяин не гнушался чёрной работы, зная: в низком и грязном сокрыта сила плода.
А Святая Церковь поминает в этот день святителя Митрофана, первого патриарха Константинопольского, смиренного старца, через чьё малое и неприметное в очах мира служение возрастил Бог великий плод. Сам Господь вложил навоз в притчу о милости, как виноградарь обкладывает им бесплодную смоковницу, чтобы дала плод. Так под одно число встали презренный навоз и смиренный святитель, и оба говорят сердцу об одном: великую жатву растит Бог через низкое и презренное, через навоз смирения и через смиренного раба, оттого не гнушайся малого и низкого, ибо из него-то и родится плод.
Митрофан, а в народе Навозник. К семнадцатому июня, управившись с главным севом, брался крестьянин за дело хоть и чёрное, да насущное: вывозил на поля и на гряды навоз, что за зиму скопился на дворе, и заделывал его в землю, чтобы напитать и удобрить усталую ниву. Работа эта грязная да тяжёлая, а без неё не жди доброго урожая, оттого и не гнушались ею, а брались дружно, всем двором.
Не земля родит, а нивка (Даль), приговаривали, разумея, что родит не земля сама по себе, а земля возделанная, удобренная, ухоженная заботливыми руками. Что вложишь в неё трудом да навозом, то и снимешь по осени хлебом, а поленишься, оставишь ниву голодной, и она тебя оставит без хлеба. Управившись же с навозом, поглядывал крестьянин на небо и чаял доброго дождя, чтобы напоил он удобренную землю и растворил в ней силу, и молил о том не ветер, а Подателя дождя, Бога.
Примечал крестьянин в этот день и погоду по ветру да по радуге. Коли ветер потянет с гнилого угла, с юго-запада, ждали ненастья и сырости. Радуга, повисшая на западе, сулила дождь, а вставшая на востоке обещала вёдро и погожие дни (Белов). Так по ветру да по небесной дуге загадывал он, будет ли удобренной ниве желанный дождь.
Навозник, день тяжёлой, чёрной работы, и стол ему под стать, сытный да простой. Ладным такому дню был кулеш, густая пшённая похлёбка, заправленная салом или, в постный день, луком на постном масле, какою исстари кормились в страду, ибо на тяжёлой работе нужна еда крепкая и сытная, что надолго даёт силу.
Работай до поту, так поешь в охоту (Даль), молвит народ, и то правда: после трудового дня и простой кулеш покажется лучше всякого лакомства. И дивно: как навоз, презренный да чёрный, питает и поднимает ниву, так и простая, неказистая снедь питает уставшее тело. Не в пригожести еды сытость, а в честном труде, что ей предшествовал, и в благодарности Богу, питающему труждающегося.
Оттого и подадим на этот день кулеш, и постный, и скоромный, по дню.
Постное: пшено разваривают в воде до густоты, заправляют поджаренным на постном масле луком, солят и подают горячим, с краюхою хлеба. Похлёбка сытная, простая, для дня постного.
Скоромное: в тот же кулеш в непостный день кладут затолку из толчёного сала с луком, а то и кусочки мяса. Та же похлёбка, да покрепче и посытнее, для дня скоромного.
Навоз учит притче нежданной. Презренный, смрадный, всеми гнушаемый, он, однако же, и есть то, без чего нива пустеет: разбросанный по усталой земле, он тихо питает её и поднимает будущий хлеб. Так и в хозяйстве Божием низкое и презренное, на что мы и глядеть брезгуем, часто оказывается тем самым, чем родится плод.
Сам Господь вложил навоз в притчу о милости. Был у человека смоковничный куст, три года не давший плода, и сказал хозяин: сруби его, на что и землю занимает. Но виноградарь упросил: «оставь её и на этот год, пока я окопаю её и обложу навозом» (Лк 13:8), и если принесёт плод, добро, если же нет, тогда срубишь. Так и Бог, долготерпеливый Виноградарь, не вдруг срубает бесплодную душу, а окапывает её и обкладывает смиренным навозом, давая ей ещё лето, чтобы уродила.
А чем же обкладывает Он нас? Часто тем самым низким и горьким, чего мы бежим, как бегут от навоза: смирением, скорбью, укором, нищетою, унижением. Кажется оно нам смрадным и постыдным, а это-то и разрыхляет затверделую землю сердца и понуждает её плодоносить. Силён смирением, богат нищетою (Даль), и кто принял своё унижение как Божие удобрение, тот и зацвёл, где прежде сох.
Вот и завет Митрофанова дня: не гнушайся низким навозом, какой кладёт на тебя Господь. Когда обложат тебя скорбью да унижением, не ропщи «за что мне эта грязь?», а разумей, что это терпеливый Виноградарь окапывает тебя, щадит и медлит срубить, давая ещё год на плод. Принеси же плод, и презренный навоз обратится тебе в цвет. Так и покровитель дня, смиренный старец, от малой и захудалой кафедры взращён был Богом в первого патриарха великого града и до конца плодоносил, не превознесясь.
Святителю отче Митрофане, испроси и нам сердце смиренное, чтобы и низкое, и горькое, Богом посланное, приняли мы как доброе удобрение и принесли плод покаяния. Моли Бога о нас. Аминь.
Святитель Митрофан, патриарх Константинопольский
Пра́вило ве́ры и о́браз кро́тости,/ воздержа́ния учи́теля/ яви́ тя ста́ду твоему́/ Я́же веще́й И́стина:/ сего́ ра́ди стяжа́л еси́ смире́нием высо́кая,/ нището́ю бога́тая,/ о́тче Митрофа́не,/ моли́ Христа́ Бо́га/ спасти́ся душа́м на́шим.
Святитель Митрофан, первый патриарх Константинопольский, кроткий и незлобивый старец, современник равноапостольного Константина. Молятся ему о даре смирения, о терпении в немощи и старости, о добром пастырстве и о вразумлении свыше. Дивно, что великое дано было ему через малое и долгое: от захудалой некогда кафедры старой Византии возвёл его Бог в первого патриарха нового стольного града, а сам он, украшенный кротостью и даром прозорливости, до глубокой старости плодоносил, не превозносясь. Уже не в силах по дряхлости явиться на Первый Вселенский Собор, он послал наместника, а Собор и царь сами пришли к одру его. Этот смиренный конец и хранит левое клеймо нашей иконы: к одру престарелого святителя приходят император Константин и отцы Собора, и старец указует им достойного преемника.
А в народе этот день слывёт Митрофаном Навозником, порою, когда крестьянин удобряет навозом усталую ниву. И дивно сошлось: народ возит на поле презренный навоз, чтобы родила земля, а Церковь поминает смиренного старца, через чьё малое и неприметное в очах мира служение Бог возрастил великий плод. Эту заботу о ниве и хранит правое клеймо иконы: крестьяне летнего дня вывозят навоз и удобряют пашню.
Поздравляем всех Митрофанов. Имя это греческое и значит «явленный матерью», «матери слава», и явил святитель славу не земной матери, а Матери-Церкви, став первым отцом её на патриаршем престоле Царьграда. Пусть же небесный покровитель испросит каждому тёзке своему ту же кротость и то же незлобие, какими светел был сам. житие
Святитель Митрофан жил в четвёртом веке и был современником равноапостольного Константина Великого. Отец его, Дометий, приходился родным братом римскому императору Пробу. Уразумев ложь и пустоту языческой веры, Дометий уверовал во Христа и, во время жестоких гонений на христиан в Риме, удалился с двумя сыновьями своими, Пробом и Митрофаном, в Византию, где стал прилежно учиться закону Господню у епископа Тита, мужа святой жизни.
Видя пламенную ревность Дометия, епископ Тит рукоположил его во пресвитера, а по кончине своей оставил ему и епископскую кафедру. После Дометия епископами Византии были один за другим сыновья его, сперва Проб, а потом, в свой черёд, и святой Митрофан. Кроткий, незлобивый, украшенный всеми добродетелями и даром прозорливости, пас он малую тогда византийскую паству.
Прибыв однажды в Византию, император Константин Великий пленился красотою и удобным расположением города, а паче того святостью жизни и мудростью епископа Митрофана. Полюбив святителя, взял он его с собою в Рим, а когда вскоре перенёс столицу из Рима в Византию, переименовав её в Константинополь, то перевёл туда и святого Митрофана.
В триста двадцать пятом году для низложения ереси Ария, нечестиво учившего, будто Сын Божий не единосущен Отцу, собрался в Никее Первый Вселенский Собор. По ходатайству Константина отцы Собора усвоили святителю Митрофану сан патриарха, и так стал он первым патриархом Константинопольским. Сам же святитель, глубокий старец, по немощи телесной не мог присутствовать на Соборе и послал вместо себя наместника, хорепископа Александра.
По окончании Собора император вместе с отцами навестил больного патриарха. По просьбе Константина святитель указал себе достойного преемника, епископа Александра, и прозорливо предрёк, что после Александра престол займёт Павел, в ту пору ещё чтец, а патриарху Александрийскому Александру предсказал, что преемником его станет архидиакон Афанасий, будущий великий столп Православия.
Вскоре после того, тихо и мирно, как и жил, отошёл святитель Митрофан ко Господу, в триста двадцать шестом году, ста семнадцати лет от роду, управив Церковь одиннадцать лет. Мощи его с честью положили в Константинополе, в храме, воздвигнутом в его память. Память его совершается семнадцатого июня.
Евангельские чтения
Претерпевший до конца спасется
Сказал Господь Своим ученикам: вот, Я посылаю вас, как овец среди волков: итак, будьте мудры, как змии, и просты, как голуби. Остерегайтесь же людей: ибо они будут отдавать вас в судилище, и в синагогах своих будут бить вас. И поведут вас к правителям и царям за Меня, для свидетельства перед ними и язычниками. Когда же будут предавать вас, не заботьтесь, как или что сказать: ибо в тот час дано будет вам, что сказать. Ибо не вы будете говорить, но Дух Отца вашего будет говорить в вас. Предаст же брат брата на смерть и отец сына и восстанут дети на родителей и умертвят их. И будете ненавидимы всеми за имя Мое; претерпевший же до конца спасется.